Год 2025 стал переломным для Вооруженных сил РФ в контексте численного набора, организационной структуры и эволюции боевых методов. Несмотря на официальные заявления о выполнении планов по укомплектованию, на фоне этого сохранялись системные проблемы с личным составом, дезертирством и реализацией численного превосходства в оперативные успехи. В данной статье подробно рассматриваются ключевые аспекты состояния и деятельности воинских частей за 2025 год на основе открытых данных и аналитических отчетов.

Массовое укомплектование и набор по контракту

Главным достижением года, заявленным руководством страны, стало выполнение показателей укомплектования ВС РФ военнослужащими по контракту.

Цифры и официальные отчеты

По данным, озвученным заместителем председателя Совбеза РФ Дмитрием Медведевым 10 декабря 2025 года на совещании по доукомплектованию:

• Более 400 тысяч военнослужащих прибыли в воинские части с начала года.
• Заданные верховным главнокомандующим ориентиры по укомплектованию на 2025 год практически достигнуты.
• В добровольческие формирования зачислено более 34 тысяч человек.

Эти данные подтверждают способность российской военной машины обеспечивать стабильный приток личного состава (на уровне ~400 тыс. контрактов в год), что позволяет компенсировать потери и поддерживать интенсивность наступательных действий. Однако, как отмечают аналитики (в частности, команда Conflict Intelligence Team), это достигнуто ценой значительных финансовых затрат со стороны регионов, которые в конце года были вынуждены резко сокращать выплаты для экономии бюджетов.

Новые воинские формирования и организационные изменения

Параллельно с набором личного состава шла работа по расширению организационной структуры. Согласно данным Википедии (категория «Воинские части и формирования, созданные в 2025 году»), за год было сформировано 12 новых воинских единиц.

Примеры новых подразделений

Среди зафиксированных формирований, созданных в 2025 году, фигурируют как российские, так и иностранные структуры (в зоне интересов РФ):

• Командование военных комендатур (Литва) — указывает на работу по созданию структур управления на потенциальных театрах операций или в рамках интеграционных процессов.
• Национальная гвардия (Эс-Сувейда) — формирование на юге Сирии, что подтверждает продолжение практики создания прокси-подразделений за рубежом.

Создание новых штатов позволяет втягивать наборный личный состав в организованные структуры, однако качество их подготовки и оснащения остается предметом обсуждения экспертов.

Эволюция тактики: от механизированных атак к «инфильтрации»

Аналитики Conflict Intelligence Team (CIT) и Джон Хелин (Black Bird Group) отмечают кардинальную смену тактики ВС РФ в 2025 году.

Тактика «просачивания» (инфильтрации)

• Отказ от массовых механизированных атак: До поздней осени 2025 года российское командование практически полностью перешло к действиям малых штурмовых групп (по 5–10 человек).
• Причины: Адаптация к тотальному использованию БПЛА ВСУ, делающих уязвимыми крупные колонны бронетехники.
• Последствия: Темп продвижения вырос в 1,5 раза по сравнению с 2024 годом (захват ~4727 кв. км против 3654 кв. км), но ценой колоссальных потерь в личном составе. Потери в бронетехнике сократились, что позволило даже создать определенные резервы техники.

Ключевые направления продвижения

Наибольшие успехи зафиксированы в трех секторах:

1. Донецкая область (районы Покровска, Мирнограда, Доброполья).
2. Запорожская область.
3. Курская область РФ (оттеснение ВСУ в ходе Курской операции).

Дроновая война: качественный скачок ВС РФ

2025 год стал годом доминирования российских беспилотников на оперативно-тактическом уровне.

Подразделение «Рубикон» — эталон эффективности

Особое внимание экспертов привлекло подразделение «Рубикон», получившее признание за:

• Высокий профессионализм и четкую структуру.
• Эффективную работу по отрезанию логистики ВСУ (критически важно при отступлении из Курской области).
• Интеграцию БПЛА в боевой порядок как основного средства разведки и поражения.

Масштабирование и модернизация

• Оперативно-тактический уровень: Рост количества дронов, улучшение подготовки операторов, создание необходимых штатных структур.
• Дальнобойные средства: Наращен выпуск «Шахедов», «Гербер» и крылатых ракет. Постоянная модернизация: ручное управление на конечном участке, помехозащищенность, изменение профилей полетов.
• Баланс сил: По оценке CIT, в сфере оперативно-тактических БПЛА баланс существенно сместился в пользу ВС РФ, создавая проблемы для ПВО и логистики противника.

Системные проблемы: дезертирство, мораль и потери

На фоне официальных успехов сохраняются глубокие внутренние проблемы, подрывающие боевой дух и эффективность частей.

Эпидемия дезертирства (данные ГУР МО Украины за ноябрь 2024 – июль 2025)

Только в Центральном военном округе (ЦВО) (один из пяти) за 9 месяцев самовольно оставили части более 25 тысяч солдат и офицеров.

Формы и причины побегов:

• Побег с позиций на поле боя и из пунктов постоянной дислокации.
• Невозвращение из отпусков и лечения.
• Более 30 случаев дезертирства с вооружением и боевой техникой (2024–2025 гг.).

Коренные причины (по данным разведки и проектов вроде «Хочу жить»):

• Ужасные условия службы: Распространенная дедовщина, нехватка снабжения (средств связи, оптики, тепла, питания).
• «Мясные штурмы»: Регулярные отправки на заведомо безнадежные атаки без артподдержки и разведки.
• Карательная психиатрия и расстрелы: В отчетах фигурирует категория гибели «невыполнение приказа», что свидетельствует о системной практике принуждения к бою (зафиксировано >30 таких случаев за год).
• Качество набора: Значительная доля бывших заключенных-контрактников (пример: 41-я армия ЦВО, где за неделю в мае 2025 г. сбежало 175 человек).

Реакция командования: Большинство пойманных дезертиров не судятся, а принудительно отправляют в штурмовые отряды («на мясо»), что не решает проблему мотивации.

Стратегические итоги года: «Давление и стагнация»

Резюмируя год, эксперты CIT и Джон Хелин характеризуют результаты ВС РФ как сочетание тактического давления и оперативной стагнации.

Неудачи и упущенные возможности

• Низкая операционная эффективность: Имея превосходство в живой силе, артиллерии, бронетехнике, авиабомбах и дронах, Россия не смогла реализовать его в прорыв фронта. Продвижение остается тактическим, дорогостоящим и медленным.
• Кризис разведки: Невозможность создать полноценный «банк целей» приводит к ударам по гражданским объектам (зерновозы, жилые дома, детские сады) под ложными предлогами, что квалифицируется как военные преступления.
• Воздушная кампания: Колоссальные расходы ракет и БПЛА не нанесли критического ущерба военному и экономическому потенциалу Украины.
• Застой на флангах: Прорыв у Доброполья не развился в оперативный успех, отвоевание Курска и выход в Сумскую область зашли в тупик, фронт замер.

Успехи ВСУ (по версии CIT)

• Недопущение кризиса на оперативно-стратегическом уровне (оборона сохраняла связанность).
• Переработка концепции фортификаций и строительство глубоко эшелонированных оборонительных линий.

Год 2025 для воинских частей РФ прошел под знаком массового количественного расширения (400+ тыс. контрактов, новые штаты) и технологической адаптации (доминирование БПЛА, тактика инфильтрации). Это обеспечило тактические завоевания территорий и удержание инициативы.

Однако качественные проблемы, тотальное дезертирство (25 тыс. только в ЦВО за 9 месяцев), низкая мотивация, карательная практика, кризис разведывательной поддержки и неспособность перевести тактические успехи в оперативные — создают фундаментальные риски для устойчивости группировки в перспективе. Армия 2025 года стала более массивной и дронизированной, но не стала более эффективной в стратегическом смысле, застряв в режиме «давления и стагнации».